102

магнитофонов. Когда они слышали эти кассеты у себя в Виллидже, то им становилось любопытно, кто этот черный диджей, играющий рок и новую волну там, в Бронксе, а я был единственным, кто играл разные стили музыки. Они пригласили меня поиграть в даунтаун, и я начал в The Mudd Club — потом кто-то позвал Малькольма МакЛарена приехать ко мне домой в Бронкс Ривер. Ему понравилось то, что он увидел, и он пригласил нас поиграть вместе с Bow Wow Wow в The Ritz кожгалантерейная фабрика.

Это было время, когда там, в центре, стали узнавать о рэпе отсюда. Они уже слышали о Grandmaster Flash, потому что у Флэша была лучшая команда менеджеров, которая постоянно что-то для него находила. Пресса гонялась за ним, поэтому они всегда смотрели на него, будто он был номером один. В то время я никому не доверял. Я был более независим, чем другие диджеи. Я никому не позволял меня трогать. Я управлял собственной карьерой вместе с Soul Sonic Force и другими группами, входившими в Нацию Зулусов. Я всегда работал с тем, что приходит с улиц. На улицах у меня так же были последователи — именно так и появилась Нация Зулусов. Мне не нужно было беспокоиться насчет того, чтобы попасть в центр. У меня была своя, постоянная, аудитория.

Когда они услышали мои кассеты, меня стали приглашать поиграть в The Mudd Club, The Ritz, The Peppermint Lounge, и у меня появилась большая армия белых последователей. Я доигрался до Negril, где выступали Майкл Холман и Леди Блю. Ночи по четвергам стали одними из самых популярных в центре. Даже слишком популярными для Negril. Однажды пожарные закрыли клуб и мы перебрались в Danceteria. Потом и Danceteria перестала справляться с потоком публики. В конце концов, нашим домом стал клуб Roxy. Поначалу в Roxy было спокойно, а теперь, по пятницам, не менее 3000-4000 человек. Потом все это стало очень коммерчески прибыльным делом. Стали приходить кинозвезды, певцы, все потянулись в Roxy, и все это стало расширяться и расширяться.

Другими мероприятиями, вытащившими хип-хоп из Бронкса и Гарлема, стали шоу типа рэп вечеринок в The Ritz в 1981 году, съемки The Funky Four в видео и тур, организованный арт-галереей The Kitchen и рэп-пластинки белых исполнителей, таких как Blondie и Tom Tom Club. Рэп был неотразимым, как искренняя уличная культура, созданная недовольной молодежью. В основном, он подавался в упаковке самодостаточного шоу с диджеями, МС, графикой граффити-художников, электрик буги и брейкдэнса, и, возможно, считалок в играх со скакалкой.

Освещение рэпа было беспрецедентным и рэп стал появляться во всех уголках области развлечений — музыке, комедиях и политике. Основная проблема с копированием черной музыки – голосами — была обойдена, поскольку любого можно было научить говорить под ритм.
Даже пользующийся дурной славой антрепренер Малькольм МакЛарен, ранее бывший менеджером New York Dolls, Sex Pistols и Bow Wow Wow, вдохновившись хип-хопом, смешал рэп, латино, музыку зулусов и Аппалачей, и с помощью рэпперов с радио WHBI и скрэтчеров The World`s Famous Supreme Team и продюсера Тревора Хорна, сделал успешный сольный диск.
В 1983 году, эта мода распространилась еще дальше после показа чрезвычайно милого драматического документального фильма «Wildstyle» и совершенно идиотского блокбастера «Flashdance», а в 1984 году вышел «Breakdance», подобие